» » » Человек-охотник

Человек-охотник

Сложность такой задачи можно продемонстрировать уже приведенными во введении примерами: неолитической революцией, когда свободный и гордый человек-охотник перешел к оседлому образу жизни и земледелию, и промышленной революцией, когда появились эти странные, быть может дьявольские, машины, разделившие труд на отдельные бессмысленные операции, подобные осколкам разбитого зеркала. Нас ждет что-то подобное. Только оно все еще «за горизонтом» нашего видения. И все страхи и преимущества нано нами еще не осознаны, не пережиты. Быть может, мы и слов то нужных пока не придумали.
Ясно наверняка следующее.Человек-охотник
Во-первых, риски нано рассыпятся как картинки в калейдоскопе — каждому своя. Наши возможности приспособиться к этому быстро меняющемуся миру индивидуальны. Адаптационные механизмы человечество уже вырабатывает. Японцы, например, придумали концепцию второго шанса. Человек после 40 лет кардинально меняет род занятий, профессию. Он заново учится, как учился в юности. Он, возможно, не просто учится, а меняет систему представлений. И проще это сделать, если новый род деятельности никак не связан с предыдущим — чтобы стереотипы не мешали. Альберт Эйнштейн как-то заметил, что жизненный опыт — это те предубеждения, которые мы приобретаем в первые 18 лет жизни. Возможно, он был не прав. В середине жизни нам придется приобретать новые.
Во-вторых, темп технологических изменений настолько высок, что от этого не увернуться почти никому. Это затронет всех и каждого. Если раньше пусть и революционные изменения происходили так, что жизнь отдельного человека протекала в почти неизменных условиях, то сегодня это не так. Китайское проклятие «Чтоб тебе жить в эпоху перемен!» кажется наивным — изменения как волны будут накатывать одно за одним.
И наши рутины придется менять, возможно, не один раз в течение жизни человека. Помните, нам опрометчиво обещали долгую жизнь? (См. главу 4.) Если это сбудется — то наверняка!
А рутины нужны, ведь это наше несистематизированное знание, наши навыки, наши умения. И они уже не постоянны, не рутинны. Может, действительно, придумать для них новое слово?
Гуманитарные технологии, неизбежно меняющиеся с изменением технологического уклада, включают в себя и институты.
Институты можно представить как некие правила, определяющие модели поведения. В частности, институты — хотя и не только — выражаются через право. Мы знаем институт семьи и брака, институт частной собственности, институт охраны здоровья и множество других. Они как структура, как скелет, держат нашу цивилизацию. Поменяйте институты, и цивилизация будет иной. Нельзя безболезненно менять институты. Институт банковского процента не сочетается с шариатским правом.
Но, как мы хорошо знаем, институты не являются чем-то принципиально неизменным. Они историчны. И не прав футуролог Фукуяма, пообещавший нам конец истории. Столь принципиальная смена технологического уклада, который, как ожидается, генерируют нанотехнологии, приведет к смене множества институтов, и мы сегодня не знаем — каких. Конечно, на этот счет есть и теории, и спекуляции — разнообразные «-измы». Но у авторов нет уверенности в единственности и справедливости того или иного «-изма», пусть даже в каждом из них много разумного, а может быть именно потому, что разумное по ним рассеяно, как золотой песок по различным приискам. Да и сами «-измы» могут оказаться тем стереотипом, от которого придется отказаться.
25-11-2017, 19:48
171 просмотров
  
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.